Пятница, Ноябрь 16, 2018
  • USD 26.25 | 26.50
  • EUR 30.50 | 31.00
  • RUR 0.41 | 0.43

У российских спецслужб есть конкретная цель в Украине — экс-офицер ФСБ

Фигурант «расстрельного списка», экс-офицер ФСБ России, приехавший в Украину воевать в составе батальонов «Донбасс» и «Азов» на востоке Украины. Участвовал в боях под Иловайском, защищал Пески и отбивал атаки российских наемников в Донецком аэропорту. За 4 года в Украине, его уже дважды пытались убить и похитить, а он открывает в Киеве кафе с корейскими пирожками «Пян-Се бар», живет жизнью обычного столичного предпринимателя и не думает бежать от смерти за границу, передает АНТИКОР.

— Список бло г еров и журналистов, которых должны были убить российские спецслужбы, вы тоже в нем находитесь, и по последней информации, вы должны были стать если не следующим, то через одного. Как вы восприняли эту информацию?

— Странно, что кто-то вообще удивился этому списку.

К примеру, меня пытались убить, когда еще это не было мейнстримом. Первое покушениебыло в 2014 году — а в 2015-м мой киллер получил 8,5 лет тюрьмы, сейчас он отбывает наказание. По второму эпизоду идет следствие — я с ними сужусь.

Так вот, я писал у себя в Facebook, что Бабченко ждет то же самое — когда пройдет пресс-коференция, праздник закончится, и он останется один на один с судебным процессом. И если, как и у меня, у него все плохо будет задокументировано СБУшниками, адвокаты будут разваливать дело и манипулировать фактами.

— Что касается самого списка, он вырос с 30-ти до 60-ти человек, и по словам так называемого киллера Алексея Цимбалюка, убить их должны были до осени. Многие журналисты, эксперты вообще ставят под сомнение данный список, и сама история больше на сценарий боевика похожа, ну как один человек ликвидирует 60 человек за три месяца?

— Та убили бы 60 человек, 100% -работали бы разные группы. Поэтому везде была бы своя индивидуальная история, своя легенда и каждое убийство «отыграли» бы по-своему — к каждому бы была своя подводка.

Какой в этом смысл?

Ну, допустим, убили одного. А общество ведь у нас – легкоманипулируемое, СМИ сразу все подхватывают и подают под «правильным» соусом: например, борьба между патриотическими силами. Скажем, «правосеки» и «Азов» убили какого-нибудь либерального журналиста. Дело сделано.

И, если бы не удалось это все выявить, так было бы везде, каждый случай был бы индивидуальным – и никто бы никогда даже не догадался, что за этим всем стоит Россия.

Ведь это чистая работа спецслужб: подрывная деятельность внутри государства через убийство людей тупо по списку.

Понятно, что один человек всех не убил бы. Но чтобы его этим заинтересовать, нужно вручить ему большой список – дать понять, что у него будет постоянный заработок.

— Как люди на такое соглашаются?

— За них все делают организаторы — предоставляют информацию, составляют сценарий.

А исполнитель делает работу по сценарию — при чем, всегда дилетантно.

— По вашему мнению, почему под прицелом оказались журналисты и блогеры, почему не политики с дипломатами, чиновники, какую угрозу России несут писатели?

— Обычная подрывная деятельность — это вызовет большие эмоции в обществе.

— Когда убили Вороненкова резонанс был довольно большой.

— Большой, но он из России, а это важно. Потому, что если какого-то Вороненкова или Богданова завалят, все подумают, мол, обычные разборки русских».

А вот, скажем, Шеремет был интереснее. Бузину завалили — еще интереснее.

— Вам предоставляли госохрану?

— Да, конечно. После первого покушения меня охраняли, все было хорошо. А потом я потом сам отказался.

— В СБУ приглашали после публикации списка?

— Да. Но мне нельзя говорить, о чем мы там общались.

Но могу заверить: там все нормально, они хорошо сработали.

— Вы сами верите в этот список?

— У меня нет абсолютно никаких сомнений – там все по-настоящему.

Оно просто так смешно выглядит – но это работа российских спецслужб. Скажем, мой случай тоже выглядел смешно — его информационно отыграли россияне и я предстал перед обществом клоуном.

— Когда было похищение?

— Да. Хотя СБУ тогда сработало классно.

Единственное, что — они процессуально все не оформили по нормальному, и начались проблемы, которые решаем уже в суде.

— По вашему мнению, нужна ли была такая инсценировка убийства Бабченко, много кто ее критиковал, или можно было это сделать по-другому?

— Это очень спорная ситуация. И смысла о том, как это было проведено, нет – сделано и сделано.

Другое дело, что когда делаешь такие вещи, надо быть на 100% быть уверенным и процессуально, и в доказательной базе.

— В Украине часто громко ловят преступников, а в суде все доказательства лопаются, как мыльный пузырь.

— И это очень нехорошо. А все потому, что работается слегка непрофессионально

Возьмем, к примеру, мой случай. У меня там было все предельно очевидно — преступники сами все рассказывали (во всяком случае, пока это все было в состоянии аффекта) — но никто ж даже диктофон не включил!

— Доведут ли до конца расследование по списку Бабченко?

— Мне кажется, доведут до конца — и посадят виновного.

— На что реально готовы российские спецслужбы, на какие громкие убийства и масштабные теракты они пойдут в Украине?

— Они могут сделать все, что угодно — все будет зависеть от задачи и под какую ситуацию они будут хотеть провести дестабилизацию.

У этих людей нет никаких рамок и ограничений: если им надо будет в метро травить людей газом — они будут травить газом в метро; надо будет точечно убивать журналистов и блогеров, чтобы взбаламутить общество и посеять раздор — они будут так делать.

Их никто ни в чем не ограничивает.

— Каких провокаций можно ожидать от российских спецслужб к выборам президента Украины?

— Всевозможных.

В России нет ставки на какого-то конкретного кандидата – им главное разболтать общество. Им не нужен никакой президент – главное: дестабилизация Украины.

И, по идее, уже сейчас должна начать подключаться серьезная агентура для активизации этих действий — ведь используемые сейчас люди являются просто криминальными элементами, с которыми все время происходят осечки.

— Чем отличаются – и в то же время, похожи — украинские и российские силовые ведомства?

— Абсолютно идентичные системы, построенные по советскому образцу — сотрудники и тех, других проходят подготовку по одинаковым учебникам.

Единственное, что разнит – цели и задачи, а в остальном – одно и то же.

Просто в России все исполняется и работает, а в Украине – не всегда. Ибо здесь долгое время не было преемственности – а там она не прерывалась.

А такая ситуация сложилась потому, что Украина всегда была донором кадров – лучшие уезжали в Россию.

— Какие изменения вы видите в работе СБУ?

— За последнее время СБУ стало лучше работать. Служба растет на глазах – там куча патриотичных, настроенных на результат людей.

Если так будет продолжаться, через 5-10 лет СБУ выйдет на очень приличный уровень.

— Украинская армия сейчас готова к широкомасштабным действиям против российской армии?

— Эти разные объемы нельзя сравнивать.

К примеру, в локальном конфликте — в формате Донбасса, — способна еще как. Но в формате большой войны – ни при каких условиях.

Более того, в формате большой войны любая европейская страна — по отдельности, а не как блок НАТО — не может воевать с Россией.

На это способны только США — но они далеко, — и Китай. Правда, к последнему есть много вопросов по части устаревшего вооружения — но они могут просто «шапками» закидать.

— Воевать вы приехали в 2014 году, как вас приняли в батальонах?

— Я все проверки проходил в Киеве — в СБУ. Как только я попал в Украину, меня по максимуму проверили.

Я приехал воевать в батальон «Азов» — но туда меня не взяли. «Правый сектор» меня тоже сначала брать не хотел. Да меня вообще никуда не брали — даже в «Донбасс».

И это при том, что мне СБУшники соврали — сказали, что за меня уже пообщались, что меня возьмут, а когда я приехал, оказалось, что никому никаких звонков не поступало.

— Вы считаете, это было из-за вашей прошлой деятельности?

— Да. Исключительно потому, что просто боялись: какая-то нестандартная история — и у людей сразу рвет шаблоны.

Наверное, так потому, что у всех в представлении ФСБшник – это человек в плаще, шляпе, очень серьезный дядя и обязательно засланный казачок.

— Хотели бы вы в будущем вернуться на работу в украинские или российские спецслужбы?

— Ни за что. Если я захочу где-нибудь повоевать еще, то это будет на старости лет в какой-нибудь теплой стране.

— С вами пытались связываться российские спецслужбы, пытаться заманивать обратно, вербовать?

— Вербовать меня никто не пытался. Но как-то давал интервью одному российскому телеканалу — так там меня выставили самым нейтральным из всех предателей, обещали амнистию. Но так и не амнистировали.

— Вы считаете возможной революции в России в ближайшее время?

— Мне кажется, там ничего не будет.

Более того, там хватит ресурсов, чтобы в таком режиме, как сейчас, жить до скончания веков.

— То есть все разговоры о том, что РФ развалиться от санкций не соответствуют действительности?

— Ни за что не развалиться — они могут так существовать.

Смотрите: Иран еще больше задавили санкциями — но Иран не развалился. А в России есть все: бизнес, куча миллионеров и олигархов, людей и всего остального, чтобы жить бедно, но до конца.

— Украине прогнозируют окончание войны только после развала России…

— Это абсолютно несвязанные процессы. И рассчитывать на это абсолютно не стоит.

Тут вопрос в другом: как бы Украине самой хуже не стало от саботажа властью реформ.

— Ситуация на Донбассе, конфликт заморозят?

— Там все останется, как есть. Ибо конфликт уже заморожен – при чем, настолько, что дальше некуда.

— Думали ли вы выехать из Украины, строить бизнес там, учитывая, что здесь вы находитесь под угрозой смерти?

— Я в Украине жил и буду жить. Нет места безопаснее Украины. Украина заботиться о своих гражданах, плюс, мы воюем с Россией и будет повышенный уровень безопасности. А в Европе или где, там вообще плевать.

Якісно та зручно! Підписуйся на телеграм-канал Новин: goo.gl/EbaBFB