Суббота, Декабрь 15, 2018
  • USD 26.25 | 26.50
  • EUR 30.50 | 31.00
  • RUR 0.41 | 0.43

Как Главнокомандующий Петр Порошенко некомпетентен

Эмоции от событий последних дней немного стихли. И теперь стоит разложить по полочкам личные впечатления от того, что и как происходило в парламенте во время введения первого в Украине военного положения. Итак, Как не надо вводить военное положение.

Отсутствие нормальной координации между ветвями власти, своевременной коммуникации с людьми и попытки сыграть в политику там, где надо было объединять и консолидировать вокруг Главнокомандующего, породили хаос, который мог иметь очень опасные последствия и привел к потере международной репутации.

О введении военного положения начали говорить с момента аннексии Крыма и первых боевых столкновений на Донбассе. Кто-то в контексте усиления обороноспособности. А кто-то как о предвыборной технологии. Однако на пятый год войны оказалось, что власть не способна обеспечить правильный процесс введения военного положения, чему есть много подтверждений.

«Заседание СНБО»

В ночь с 26 на 27 ноября состоялось заседание СНБО. За круглым столом министры и руководители ведомств коротко и неуверенно отчитываются зараннее записанными на листочках текстами, Президент говорит в камеру, обращается напрямую к зрителям, а не к членам СНБО, и в какой-то момент становится непонятным: это заседание СНБО, на котором принимают решение, или это уже постфактум отчет перед СМИ о решении, которое было принято раньше …

Вот, что написано по этому поводу на сайте Администрации Президента по результатам этого «заседания»: СНБО принял решение предложить Президенту Украины ввести военное положение Троках на 60суток. Петр Порошенко подытожил: «Поэтому я как Президент и как Верховный Главнокомандующий ВСУ в соответствии с Конституцией принимаю решение поддержать предложение Военного кабинета. Вынести на заседание Совета национальной безопасности и обороны соответствующее решение и обратиться с ним к Верховной Раде Украины».

Последние слова совсем не ясны. Зачем еще раз выносить решение на заседание СНБО? Решение о введении военного положения (как и любое другое) СНБО принимает голосованием не менее чем двумя третями голосов (ст. 10 Закона «О СНБО»). Также голосованием принимаются и решения Военного кабинета. То есть, по закону участники заседания должны были голосовать поднятием рук, потом это решение должно было попасть на стол к Президенту, и уже тогда он решал бы, вводить его в действие или нет. Зато вместо заседания органа, принятия решения и голосования мы стали свидетелями какой-то срежиссированной показательной постановки, в которой каждый сыграл свою запланированную роль.

Рассмотрение в парламенте

Несмотря на то, что было анонсировано внеочередное заседание парламента в закрытом режиме, за что надо было проголосовать, придя на рабочее место, депутаты увидели суфлера возле трибуны и журналистов. Стало ясно, что Президент видит трибуну Верховной Рады не как площадку для диалога, а как телевизионную, где военные находятся не для отчета в закрытом режиме, а, скорее, для декораций. В итоге из всех присутствующих армейцев перед депутатами выступил только начальник Генштаба Виктор Муженко.

И в этот момент снова появилось ощущение, что для нас готовят очередное шоу, только теперь актерами будут народные депутаты. Красноречивым является также факт того, что Президент не провел перед заседанием парламента закрытую консультацию с лидерами парламентских фракций, чтобы объяснить текущее состояние дел, ведь именно парламент должен утвердить указ Президента. Таких консультаций потребовали сами народные избранники согласно регламента, требуя перерыв на 30 минут от двух фракций, чтобы прояснить ситуацию по документу, который только несколько минут назад появился на сайте Верховной Рады и даже не был распечатан в зал заседания.

Когда же объявили перерыв, Петр Порошенко, который перед этим почти полчаса ждал в кабинете Председателя ВРУ, вместо того, чтобы провести встречу с председателями фракций и групп … решил записывать свое выступление для телеканалов на Банковой.

Путаница с датами и ограничением прав

Во время телевизионного выступления Президент отметил, что не планирует каких-либо мероприятий, связанных с ограничением прав и свобод граждан, хотя уже на тот момент в Раде был зарегистрирован его Указ, который в пункте 3 прямо предусматривал возможность ограничения ряда конституционных прав. Одно это противоречие между заявленным с экрана и зарегистрированным документом заставило мобилизоваться депутатов и требовать дополнительных объяснений от гаранта Конституции.

Здесь же Президент отметил, что военное положение будет вводиться с 28 ноября на 30 дней, а не с 26-го на 60 дней (как указано в том же Указе). Хотя в доработанном и внесенном им несколькими часами позже документе было вновь отмечено 26 ноября, а не 28-е. Как следствие, почти до последнего момента депутатам не было понятно, какие изменения уже были внесении, а какие еще нет.

Еще больше вопросов было у граждан: начиная от стандартных — будут ли ограничения на снятие денег с банковских счетов и смогут ли они вернуться из заграничных вояжей, до конфискации «евроблях» на нужды армии и закрытия КПВВ на Донбассе.

К сожалению, гибридная война и пропаганда не закончилась после введения военного положения.

Люди банально не понимали инициативу Президента, потому что он им ничего не объяснил. Они чувствовали, что им откровенно не говорят всей правды, и поэтому чувствовали себя обманутыми.

Вместо того, чтобы объединить постмайдановские силы, договориться заранее со всеми лидерами фракций и групп, и получить 300+ голосов, Президент хаотично менял текст в суфлере, подписывал разные редакции Указов и вынужден был давать дополнительные обещания под стенограмму, чтобы получить поддержку от депутатов.

Ярким проявлением продолжения такого хаоса стала ошибочная публикация в Правительственном курьере начальной версии Указа Президента, согласно которому военное положение вводится не на 30 дней, а на 60 (это объясняется, вероятнее всего, тем, что номер газеты с текстом Указа Президента о введении военного положения был отпечатан заранее, возможно, еще до заседания СНБО, это решение “принявшего” — А.).

Международная реакция

Это очень хорошо для страны, что по всему миру в новостях было показано единство всех ветвей украинской власти. Интересно и то, что не только украинцы ищут двойное дно в решении, которое в конце концов объединило пост-майданные государственные институты.

С момента инцидента в Азовском море и провозглашения инициативы Президента у меня было с десяток разговоров с зарубежными коллегами, дипломатами и журналистами, которые мониторят ситуацию в Украине.

Сначала была попытка проверить информацию относительно инцидента, потому что доверие к официальным украинским каналам подорвана делом Бабченко, когда удачная спецоперация была неудачно прокоммуницирована на внешнюю аудиторию. А после распрашивали о возможных «скрытых мотивах», которыми мог руководствоваться Президент Украины, провозглашая военное положение на 60 дней. Иностранцы ссылаются то на слова Генерального Прокурора Луценко, который еще в августе заявил о том, что ему известно о различных планах Банковой о нецелевом использовании введении военного положения, то на слова Путина о низких рейтингах действующего украинского Президента, которого подозревают в попытках свернуть демократические процессы в Украине.

Но единство оно на то и единство, чтобы не выносить сор из избы, и говорить в унисон, как, например, на страницах сегодняшнего выпуска Washington Post.

Хотя, конечно, обидно, что вместо дополнительной информации о наших парнях, цитат о необходимости внедрять санкции за Северный Поток 2, я и мои коллеги вынуждены тратить драгоценные абзацы, чтобы переводить акценты с обвинений украинского Президента на констатацию российской агрессии.

Уверен, если бы Президент провел консультации с фракциями и сразу подал Указ о 30-ти дневном сроке военного положения, международный имидж украинской власти выглядел бы гораздо лучше.

Выводы

Кому-то это может показаться неважными нюансами, но, поверьте, в таком сложном вопросе принципиальна каждая мелочь. Зато хаос порождает такие же хаотичные и непонятные решения, которые меняются в течение суток по несколько раз.

Почему Президент все четыре года говорил, что введение военного положения — это абсолютно ложное и ненужное решение, а сейчас все старые аргументы отпали? Что изменилось? Только наличие российского триколора на форме моряков, которые стреляли по нашим кораблям? Насколько надо вводить военное положение? На 60 дней? А может на 120? А почему не на 15? А что успеют сделать за 30? Зачем было так поспешно принимать решение, если закон приняли 26-го, а подписали только 28 ноября?

Отсутствие своевременных ответов на эти и многие другие вопросы не дают осознания того, что власть с народом вместе перед угрозой врага. Если годами на каждого, кто хоть сколько-нибудь усомнится в любых решениях власти, тыкать пальцем и называть его «рукой Кремля», то чему тогда удивляться, что люди не верят в искренность при принятии этого решения о введении военного положения и логично ищут там предвыборные манипуляции. Причем не только в Украине, но и за ее пределами.

Я рад, что украинский парламент проявил свою позицию и принял сбалансированное решение с многими «поправками» к исходному предложению Президента. Теперь остается выполнять свою контрольную функцию и следить за тем, как будет выполняться указ Президента.
Алексей Рябчин